Когда я решилась посмотреть продолжение «Высшей меры», внутри боролись предвкушение и лёгкая тревога. Первый сезон оставил настолько яркое послевкусие, что было страшно разочароваться. И, знаете, эти опасения отчасти оправдались. Второй сезон с Александром Бухаровым в главной роли я всё же проглотила с интересом, но это был тот самый случай, когда удовольствие от просмотра приходится буквально отвоёвывать у собственного внутреннего критика. История цепляет, но количество несостыковок порой зашкаливает настолько, что отвлекаешься от сюжета и начинаешь невольно вести подсчёт проколов.
Хронологический хаос: когда эпоха протестует
Больше всего меня задело вопиющее пренебрежение исторической достоверностью. Создатели попытались воссоздать конец семидесятых годов, но результат напоминает скорее ярмарочную стилизацию, чем реальную жизнь того времени. Я постоянно ловила себя на мысли, что разглядываю не игру актёров, а предметы в кадре, которые кричат о своём несоответствии эпохе. В кадре то и дело мелькают вещи, которых в те годы попросту не существовало в советском обиходе, и это не мелочи вроде этикетки на бутылке, а вполне заметные элементы реквизита.
Отдельного упоминания заслуживают железные двери в квартирах героев. В то время подавляющее большинство людей жило за деревянными дверями, обшитыми дерматином, а металлические конструкции стали массово появляться лишь полтора-два десятилетия спустя. Эта деталь настолько бросается в глаза, что разрушает хрупкую иллюзию погружения в прошлое. К этому добавляется путаница в должностях персонажей, речевые обороты, явно заимствованные из современного лексикона, и манера поведения, которая больше свойственна нашим современникам, нежели людям советской закалки. Всё это создаёт ощущение, будто исторических консультантов на площадке не было вовсе, либо к их рекомендациям никто не прислушивался.
Смена капитана: почему продолжение уступает началу
Когда я сравниваю оба сезона, разница ощущается почти на физическом уровне. Первый был цельным, выверенным, с чётким ритмом повествования, а второй местами провисает и сбивается с темпа. Причин этому я вижу несколько, и они лежат на поверхности. Прежде всего, произошла смена режиссёра. Первый сезон снимал Вячеслав Рогожкин, который, к слову, и сам не является маститым режиссёром в привычном понимании — его основная специализация всегда лежала в плоскости сценаристики. Тем не менее, дебют в режиссуре у него получился на удивление уверенным. Во втором сезоне бразды правления перешли к оператору Эдуарду Мельникову, для которого эта работа стала, насколько я понимаю, первым опытом руководства проектом такого масштаба. Недостаток режиссёрской практики, к сожалению, чувствуется: где-то не хватает динамики в диалогах, где-то страдает темпоритм сцен.
Второй важный момент — полная замена команды сценаристов. Когда над историей начинают работать новые авторы, это всегда риск. Они приносят своё видение, свой стиль, и это может как вдохнуть свежесть, так и разрушить ту уникальную атмосферу, за которую зритель полюбил оригинал. Во втором сезоне, на мой взгляд, произошло скорее второе. Новые авторы, возможно, не до конца прочувствовали характеры персонажей, заложенные предшественниками, и это привело к определённой разрозненности и потере глубины. Впрочем, даже с учётом этих проблем, проект не разваливается, и главная заслуга в этом принадлежит исполнителю центральной роли.
Мастерство, которое держит на плаву
Александр Бухаров — это тот самый якорь, который не даёт сериалу уйти в откровенный трэш. Я смотрела и не переставала удивляться тому, насколько органично он существует в предлагаемых обстоятельствах. Его персонаж не выглядит как набор сценарных ремарок; это живой, дышащий, рефлексирующий человек. Бухаров не просто играет — он буквально проживает каждую секунду на экране с такой внутренней убеждённостью, что начинаешь верить даже в те моменты, которые с точки зрения логики выглядят сомнительно. Эта способность актёра вытягивать на себе провисающие сцены и наполнять содержанием пустоватые диалоги вызывает искреннее восхищение. Без него проект, скорее всего, рассыпался бы под грузом собственных несовершенств. Именно его присутствие компенсирует многие огрехи и заставляет зрителя всё же досмотреть историю до конца.
Незаполненная пустота: потеря капитана Долгова
И всё же один аспект второго сезона расстроил меня по-настоящему глубоко — это исчезновение Никиты Тезина в роли капитана милиции Валентина Долгова. В первой части он создал образ настолько объёмный и человечный, что его отсутствие ощущается почти как физическая пустота. Долгов не был ходульным «правильным» милиционером, какие часто мелькают в ретродетективах. Он был настоящим: со своими страхами, сомнениями, внутренней борьбой. Я помню, как поражалась тому, насколько тонко Тезин передавал эту постоянную дилемму — между служебным долгом и личной безопасностью, между карьерными соображениями и голосом совести. И каждый раз, когда наступал критический момент, его герой выбирал правду, прекрасно осознавая, чем это может обернуться лично для него.
Нельзя забывать и о том, какую колоссальную черновую работу проделывал этот персонаж. Именно Долгов перелопачивал горы улик, отрабатывал десятки версий, мотался по городу, опрашивая свидетелей, — словом, выполнял ту самую рутинную, незаметную, но незаменимую часть расследования. Без его методичности многие зацепки просто не были бы обнаружены. Кроме того, он был для главного героя не просто коллегой, а настоящей моральной опорой, тем самым человеком, который мог выслушать и поддержать в минуту отчаяния. И когда во втором сезоне вместо него появляется новый персонаж, это воспринимается не как развитие сюжета, а как досадная потеря.
Странная замена: логические провалы и неубедительный образ
Появление Короткова в качестве нового напарника вызвало у меня смесь недоумения и раздражения. И дело даже не в самом факте замены, а в том, как она была обставлена. Сценаристы вложили в уста Таболина фразу о том, что Короткова взяли «вместо Долгова», но это абсолютно противоречит здравому смыслу с точки зрения должностной структуры. Долгов был оперуполномоченным, человеком, который работал «на земле»: задержания, выезды, оперативная работа. Коротков же представлен как следователь прокуратуры. Это совершенно разные функции, предполагающие разный круг обязанностей. Я пыталась вспомнить, был ли в первом сезоне намёк на перевод Долгова в прокуратуру или его увольнение из органов, но память ничего такого не подсказывает. Возможно, я что-то подзабыла за два года, прошедшие с момента просмотра, но осадочек остался. Складывается впечатление, что новые авторы попросту не удосужились внимательно изучить материал первого сезона.
Однако главная проблема даже не в сюжетной нестыковке, а в актёрском исполнении. Андрей Багиров, которому досталась роль Короткова, на мой взгляд, категорически не попал в образ. Его игра кажется натужной, лишённой той самой органичности, которой в избытке обладал Тезин. Особенно показательным стал эпизод допроса, где Коротков, пытаясь изобразить жёсткость, внезапно срывается на крик и бьёт по столу. Вместо того чтобы усилить драматическое напряжение, эта сцена вызвала у меня невольную усмешку — настолько неестественно и наигранно это выглядело. Трудно сопереживать герою, когда видишь не персонажа, а актёра, который мучительно пытается изобразить то, что ему совершенно не свойственно.
Противоречивый портрет: между долгом и личной драмой
Сценарная проработка Короткова тоже оставляет желать лучшего. Персонаж получился разорванным, собранным из противоречащих друг другу черт. С одной стороны, он показан амбициозным, порывистым, но при этом действительно старается вникнуть в дело, а не просто отбывает номер. В этом чувствуется какая-то внутренняя честность перед профессией, и данная черта могла бы стать основой для интересного характера. Но с другой стороны, его личная жизнь прописана настолько сумбурно и шаблонно, что рушит всякую симпатию к нему. Его брак с дочерью прокурора с самого начала выглядит как откровенный карьерный расчёт, а не сердечный союз. А когда Коротков признаётся Таболину, что по-настоящему влюбился в секретаршу директора цирка Майю, эта линия выглядит как дешёвая мелодрама. Он мечется, признаётся в чувствах, а потом резко отталкивает женщину, видимо, испугавшись за свою должность. При этом совершенно непонятно, что он испытывает к законной супруге — верится с трудом, что это любовь и искреннее раскаяние. Зачем вообще понадобилось делать его неверным мужем? Эта сюжетная ветка не добавляет глубины, не двигает основное расследование и лишь оставляет неприятный осадок, превращая потенциально сложного персонажа в банального и не вызывающего доверия человека.
Избитые клише: женские истерики и фанатизм профессии
Отдельно хочется высказаться о том, как в сериале изображены личные отношения главных героев. Меня откровенно утомил заезженный штамп, кочующий из одного детектива в другой: жёны и подруги оперативников постоянно закатывают скандалы из-за их круглосуточной занятости. Этот конфликт настолько предсказуем, что вызывает лишь желание перемотать сцену. Он не раскрывает характеры, а просто заполняет хронометраж однотипными выяснениями отношений. Гораздо интереснее было бы увидеть женщину, которая становится для героя не обузой, а настоящим тылом, понимающей соратницей.
Что касается самого Таболина, то здесь ситуация сложнее. Он — классический трудоголик, фанатик расследования, для которого работа давно перестала быть просто профессией, превратившись в смысл существования. Это вызывает уважение, но одновременно и сочувствие, ведь такой образ жизни обрекает на одиночество. Он как волк, привыкший идти по следу в одиночку, и ему нужна не просто спутница, а человек, способный принять эту всепоглощающую страсть к делу. Его новая избранница Лена производит впечатление более уравновешенной и понимающей женщины, чем предыдущая партнёрша, но сможет ли она занять своё место рядом с человеком, который по-настоящему влюблён лишь в свою работу, — большой вопрос. Эта внутренняя драма героя прописана неплохо и заставляет задуматься о цене, которую платят люди, посвятившие себя служению закону.
К слову, о бытовых аспектах: когда смотришь на то, как герои обустраивают свой быт, невольно проводишь параллели с реальной жизнью. Даже в таких, казалось бы, прозаических вещах, как обустройство сливной ямы на участке, важна продуманность и внимание к деталям, которых порой так не хватает создателям сериала в их работе над исторической достоверностью.
Вердикт: крепкий середняк с нераскрытым потенциалом
Подводя черту, могу сказать, что второй сезон «Высшей меры» оставил двойственное впечатление. С одной стороны, сюжет по-прежнему способен увлечь, в нём есть напряжённые эпизоды, заставляющие нервно вжиматься в кресло, а актёрские работы Бухарова и некоторых других исполнителей дарят минуты подлинного зрительского удовольствия. С другой стороны, обилие фактических ошибок, сомнительных сюжетных решений и откровенно слабых актёрских попаданий не позволяет назвать этот проект удачным продолжением. Складывается стойкое ощущение, что съёмочная группа работала в условиях жёсткой экономии: бюджета не хватило ни на качественный реквизит, ни на грамотных консультантов по эпохе, ни на дополнительное время для шлифовки сценария.
Потенциал у этой истории колоссальный. При более вдумчивом подходе к деталям, при тщательной проработке характеров и уважении к историческому контексту проект вполне мог бы войти в число лучших представителей жанра. Пока же это просто добротный середнячок, который можно посмотреть, если закрыть глаза на очевидные недостатки и сконцентрироваться исключительно на детективной интриге. Буду надеяться, что если создатели решатся на продолжение, они проведут работу над ошибками и вернут проекту ту глубину и достоверность, которые так подкупали в самом начале.