Иногда кажется, что судьба любит расставлять акценты задним числом. Когда я вспоминаю историю группы Queen, меня не покидает ощущение, что некоторые события были словно заранее срежиссированы кем-то свыше — настолько точно они совпали с внутренними поворотами, о которых не знал почти никто. Вечер 9 августа 1986 года в парке Небуорт относится именно к таким моментам. Тогда это выглядело как эффектная финальная точка блестящего европейского турне, а по факту оказалось последним выходом Фредди Меркьюри на большую сцену в составе легендарной четвёрки.
Я часто думаю о том, насколько парадоксально складывались обстоятельства вокруг того шоу. Годом ранее выступление на Live Aid буквально вернуло Queen статус главной концертной группы планеты. А уже летом 1986-го коллектив отправился в «Magic Tour» в поддержку пластинки «A Kind of Magic», и ажиотаж оказался просто сумасшедшим. Два концерта на лондонском «Уэмбли» 11 и 12 июля разлетелись за пару часов — промоутер Харви Голдсмит потом признавался, что при желании музыканты могли бы собрать ещё пять или шесть полных стадионов подряд.
Спрос был настолько велик, что дополнительные выступления в Ньюкасле и Манчестере не решили проблему. Тогда Голдсмит, заранее державший бронь на парк Небуорт, предложил закрыть тур одним колоссальным опен-эйром. Так 9 августа стало официальной финальной датой «Magic Tour» — и, как выяснится позже, последним концертом Queen с Фредди в классическом составе.
Атмосфера, которую невозможно было предугадать
Меня всегда поражало, насколько непредсказуемой бывает погода в Англии даже в разгар лета. Но в тот день природа словно сделала исключение: никакой знаменитой небуортской грязи, которой пугали посетителей в другие годы, не было. Зато возникла другая проблема — многокилометровые пробки на подъездах. Тысячи фанатов ночевали прямо у ворот, чтобы занять места поближе к сцене, и я могу только представить, каково это — провести ночь под открытым небом ради нескольких часов музыки.
Зрителей запустили на территорию около девяти утра, и впереди было долгое ожидание. На разогреве выступали три коллектива с заметными паузами между сетами. Первым вышел Belouis Some, и его встретили, мягко говоря, недружелюбно: толпа, пришедшая ради Queen, забросала исполнителя пластиковыми бутылками. Одна из бэк-вокалисток даже прикрывалась тазом, а сам Голдсмит был вынужден выйти на сцену и умолять публику успокоиться. После него играли Status Quo — им пришлось спешить, поскольку в тот же день у группы были запланированы ещё два выступления в других странах в рамках их собственного рекордного марафона. Завершали разогрев Big Country, чей сет многие запомнили как действительно мощный, хотя и его финал сопровождался летящими в сторону сцены бутылками.
Сама группа прибыла с почти театральной помпезностью — на вертолёте, раскрашенном в стилистике обложки «A Kind of Magic», прямо во время выступления Status Quo. Эта задумка была явно рассчитана на эффект, и она сработала безотказно.
Шоу, которое невозможно забыть
Когда на гигантском экране за сценой запустили видеозаставку с заглавным треком «One Vision», рёв толпы, по словам очевидцев, оказался вдвое громче всего, что звучало в парке до этого момента. Концерт открылся именно этой композицией, а следом прозвучали «Tie Your Mother Down» и «In the Lap of the Gods… Revisited».
Фредди был в своей стихии. Голос звучал мощно на протяжении всего выступления, а между песнями он не переставал шутить и заигрывать с публикой — комментировал масштаб толпы, устраивал фирменные вокальные переклички со зрителями, называл этот вечер наградой за бешеный спрос на билеты. Сет-лист включал практически весь золотой фонд группы: «Seven Seas of Rhye», «A Kind of Magic», «Under Pressure», «Another One Bites the Dust», «Who Wants to Live Forever», «I Want to Break Free», ударное соло Роджера Тейлора, который позже называл этот вечер одним из своих любимых в карьере группы, «Now I'm Here», нежную «Love of My Life» и почти манифестную «Is This the World We Created?», которую Брайан Мэй представил как размышление о происходящем в мире.
Были и забавные вставки — кавер-попурри из старого рок-н-ролла, включавшее «(You're So Square) Baby I Don't Care», «Hello Mary Lou» и «Tutti Frutti», — прежде чем группа перешла к тяжёлой артиллерии. Прозвучали «Bohemian Rhapsody», «Hammer to Fall», «Crazy Little Thing Called Love» (во время которой у Брайана Мэя порвалась струна на телекастере, и он в последний момент успел перехватить свою легендарную Red Special для соло) и взрывная «Radio Ga Ga».
Именно после «Radio Ga Ga» случился один из самых загадочных эпизодов вечера. Обычно сдержанный бас-гитарист Джон Дикон неожиданно с силой отшвырнул свой инструмент, сбив с подставок остальные басы. Что именно вывело его из равновесия, так и осталось тайной — даже роуди группы позже признавался, что не понимает причины этой вспышки.
Финал был классическим для Queen того периода — «We Will Rock You», «Friends Will Be Friends», «We Are the Champions» и гимн «God Save the Queen», которым группа традиционно закрывала концерты. Прощаясь со зрителями, Фредди поблагодарил их и назвал невероятной, особенной публикой, после чего музыканты покинули сцену в последний раз в своём золотом составе.
Скрытый смысл, который стал очевиден позже
Именно на этом концерте Меркьюри произнёс фразу, которую спустя годы будут переслушивать бесконечное количество раз в поисках скрытого смысла. После исполнения «Another One Bites the Dust» он сказал зрителям, что слухи о распаде группы можно смело игнорировать — как можно расстаться, имея такую публику?
Ирония в том, что как раз в это время, по свидетельству многолетней близкой подруги Фредди Мэри Остин, он уже точно знал о своём диагнозе. Она вспоминала, что последний тур давался ему тяжело эмоционально именно из-за понимания, что он финальный. Мне сложно даже представить, каково это — выходить к сотням тысяч людей, зная, что этот момент больше не повторится.
У того вечера была и трагическая сторона. Кто-то из зрителей забрался на осветительную вышку в поисках лучшего обзора, сорвался вниз и упал на другого человека в толпе. Завязалась стычка, закончившаяся ножевым ранением, и из-за плотности толпы медики не успели вовремя пробиться к пострадавшему — он погиб. Узнав об этом, Фредди произнёс фразу, которая теперь звучит особенно тяжело: если людям приходится умирать ради того, чтобы увидеть их выступление, он больше никогда не будет играть вживую.
К довершению драматургии вечера, когда зрители уже расходились в темноте (кто-то из персонала парка по ошибке выключил всё освещение, решив, что шоу окончательно завершилось, и был за это уволен), выяснилось, что сам концерт — несмотря на гигантские экраны и работавшие камеры — так и не был официально записан на плёнку. Брайан Мэй десятилетия спустя с горькой иронией признавался: сигнал с камер просто не записали ни на один носитель, и полноценного профессионального видео главного прощального шоу группы попросту не существует. До нас дошли лишь фрагментарные любительские съёмки экрана, немного закулисных материалов и полная аудиозапись — часть её позже вошла в концертный альбом «Live Magic», выпущенный в декабре того же 1986 года.
Формально Queen ещё не знали, что расстаются со своим фронтменом навсегда: впереди были студийные альбомы «The Miracle» и «Innuendo», за которыми ухудшающееся здоровье Меркьюри уже не позволит выйти на сцену. Но именно вечер 9 августа 1986 года, с его гигантской толпой, вертолётным появлением, разбитым о колонки басом Дикона и почти беззаботной шуткой Фредди о нерушимости группы, стал тем самым занавесом — красивым, громким и, как оказалось, окончательным.
Кстати, если вам интересна тема живых выступлений и того, как музыканты справляются с экстремальными условиями на сцене, могу порекомендовать взглянуть на историю о суровых испытаниях, которые иногда выпадают на долю артистов в дороге.
