Перебирая старые виниловые пластинки и переслушивая гигабайты оцифрованного звука, я все чаще ловлю себя на мысли, что мы совершенно незаслуженно обходим вниманием один конкретный временной отрезок. Все говорят о революции семидесятых, о золотой эре гитарных риффов, но редко кто задумывается о моменте, когда тектонические плиты музыкальной истории пришли в движение. Для меня таким годом стал 1969-й. Это был не просто календарный рубеж десятилетий, а момент истины, когда старый добрый поп-рок окончательно переоделся в тяжелые доспехи и взял в руки огнемет.
Момент слома музыкального шаблона
Однажды я наткнулась на любопытную дискуссию, посвященную так называемому «восхождению прогрессивного рока». Авторы обсуждения пытались натянуть сову на глобус, приписывая прогрессивные элементы группам, которые играли совершенно другую музыку. Слушая The Kinks или Creedence Clearwater Revival, я вряд ли могу назвать их структуры прогрессивными в том смысле, который мы вкладываем в это понятие сейчас. Это была отличная музыка, но ее фундамент стоял на ритм-н-блюзе и поп-мелодизме прошлого десятилетия. Истинный же разрыв шаблона случился именно тогда, когда музыканты перестали бояться быть громкими, сложными и, чего уж там, немного заносчивыми в своем творчестве.
Почему я так прицепилась именно к 1969 году? Ответ прост: именно в этот момент сформировался тот самый саунд, который мы сегодня называем классическим роком. Уже в 1970-м на прилавки хлынул поток пластинок, вошедших в золотой фонд: «Deep Purple in Rock», монументальный «Paranoid» от Black Sabbath и дебютник Emerson, Lake & Palmer. Но семена этого урагана были посеяны годом ранее. Музыканты словно сговорились и одновременно нащупали ту самую жилу, которая превратила рок-н-ролл из развлечения для подростков в настоящее искусство, за которое миллионы людей были готовы выкладывать серьезные деньги.
Три безупречных столпа нового звучания
Разбирая завалы музыкальных релизов того периода, я с удивлением обнаружила, что по-настоящему эталонных альбомов, которые без скидок можно слушать сегодня, оказалось до обидного мало. Многие пластинки, считающиеся культовыми, грешат вторичностью или откровенно слабым продакшеном. Однако есть тройка титанов, к которым у меня нет вообще никаких претензий.
Речь идет о «Abbey Road» The Beatles, «Led Zeppelin II» и «10000 lepes» венгерских волшебников Omega. Это тот редкий случай, когда каждая секунда звучания является учебником для будущих поколений рокеров. На «Abbey Road» битлы, уже стоя на пороге развода, выдали медитативную вторую сторону, которая до сих пор звучит как откровение. А «Led Zeppelin II» задал такой уровень риффовой энергетики, что многие группы до сих пор пытаются его безуспешно скопировать. Что касается Omega, то их гипнотический прогрессив с восточноевропейским колоритом доказал, что для создания великой музыки не обязательно жить в Лондоне или Лос-Анджелесе.
Прорыв, скрытый за продюсерскими просчетами
Включая дебютный альбом King Crimson «In the Court of the Crimson King», я каждый раз испытываю странное чувство. С одной стороны, это абсолютная классика. С другой — для меня этот альбом держится на двух колоссальных глыбах: «21st Century Schizoid Man» и «Epitaph». Именно в этих треках прогрессив-рок впервые показал зубы, продемонстрировав запредельную технику и мрачную атмосферу. Остальной материал пластинки кажется мне скорее довеском, попыткой заполнить пространство, но эти два трека перевешивают всё.
Похожая история произошла и с Deep Purple. Их третий альбом, записанный еще до прихода Иэна Гиллана, многие недооценивают. Я и сама долгое время обходила его стороной, пока не наткнулась на композиции «Why Didn't Rosemary?» и «Fault Line/The Painter». В них уже слышен тот самый напор, который позже превратится в «Speed King», просто музыканты еще не до конца осознали, как правильно упаковать свои идеи. Это был последний вздох их прогрессивного прошлого перед прыжком в хард-роковое будущее.
Особняком стоит случай Grand Funk Railroad. Их второй альбом «Grand Funk» — это настоящий ураган энергии. Мелодически и ритмически это стопроцентный продукт семидесятых, но звучит он, к сожалению, как наследие шестидесятых. Продюсер явно перестраховался, сделав звук слишком плоским. Только представьте, как эти песни могли бы раскачать стадионы, будь они записаны с жирным саундом, который группа получила позже на пластинке «Survival». И тем не менее, по своей ментальности этот альбом — настоящий монстр, опередивший время.
Тяжелый блюз и рождение хэви-метала
Не могу не упомянуть голландцев Shocking Blue и их пластинку «At Home». Конечно, все знают суперхит «Venus», но для меня истинные бриллианты скрыты в глубине трек-листа. Когда я впервые услышала «Send me a postcard» и «Long And Lonesome Road», у меня буквально отвисла челюсть. Это же самый настоящий хэви-металл, сыгранный еще до того, как этот жанр официально появился на свет. Маришка Вереш с ее гипнотическим голосом и Рикки ван Лойвен с его фирменными риффами создали нечто невероятное. Да, половина альбома еще дышит старым стилем, но вторая половина — это смелый взгляд в будущее тяжелой музыки.
Rolling Stones со своим «Let It Bleed» также заслуживают отдельного поклона. Для меня эта пластинка стала их творческим пиком, после которого началось медленное скольжение в сторону самоповторов. Здесь же мы видим идеальный баланс между блюзовыми корнями и рок-н-ролльным разгулом, сдобренный мрачноватой лирикой. А Дэвид Боуи с его «Space Oddity» показал, что космическая тема в роке может быть не просто фоном, а полноценным сюжетом, особенно когда за клавишами сидит молодой Рик Уэйкман.
Кстати, о создании уюта и правильной атмосферы. Как и в музыке, где важна каждая нота, в доме важна каждая деталь. Иногда, чтобы достичь гармонии в интерьере, приходится выбирать идеальный декоративный элемент для участка, который расставит правильные акценты в пространстве.
За бортом десятки: величие, которое не поместилось
Я прекрасно понимаю, что своим списком могу вызвать гнев фанатов многих легендарных групп. Да, я сознательно оставила за скобками альбомы The Who, Yes, Pink Floyd и Фрэнка Заппы, выпущенные в том же году. Дело не в том, что они плохие. Напротив, для гиков и коллекционеров они бесценны. Но когда я ставлю себя на место обычного слушателя, который хочет получить удовольствие здесь и сейчас, не делая скидку на возраст записи, многие из тех работ просто не дотягивают до уровня моей десятки. Им не хватает либо звуковой мощи, либо ровного качества материала от начала до конца.
1969 год стал точкой невозврата. Именно тогда музыканты перестали быть просто авторами песен и превратились в демиургов, создающих миры. Этот год подарил нам звуковую дорожку, под которую мир живет до сих пор, и я рада, что могу в любой момент вернуться к этим записям, чтобы в очередной раз убедиться в их бессмертии.