Порой я ловлю себя на мысли, что восьмидесятые стали для рок-музыки не просто десятилетием кризиса, а эпохой глобального переформатирования. Многие мои ровесники, заставшие расцвет семидесятых, с ужасом наблюдали, как привычные формы буквально рассыпаются на глазах, уступая место чему-то совершенно иному. Меня же этот процесс всегда завораживал, ведь именно в таких мутациях рождается подлинное новаторство. И когда я начинаю перебирать в памяти проекты, появившиеся именно в тот период, мой внутренний аналитик приходит в состояние, близкое к интеллектуальному тупику. Есть три команды, каждая из которых перевернула моё представление о тяжелой музыке, но назвать самую-самую среди них я не могу до сих пор.
Чтобы понять масштаб трагедии для тогдашних консерваторов, достаточно вспомнить, что происходило с жанрами. Прогрессивный рок, ещё вчера казавшийся вершиной музыкальной мысли, практически испарился, оставив после себя лишь несколько мутировавших отростков. Панк, бывший голосом бунта, выдохся, превратившись в набор штампов. Психоделия ушла глубоко в андеграунд. Даже непотопляемый хард-рок выжил лишь за счет того, что дал начало множеству новых течений, сам при этом сильно изменившись.
Особенно показательна судьба классического рок-н-ролла. Я часто привожу в пример две, казалось бы, незыблемые глыбы — AC/DC и Status Quo. В семидесятых они были эталонами жанра, но посмотрите, в какую сторону их повело в новом десятилетии. Первые ощутимо потяжелели, пропитав свои риффы металлическим привкусом, вторые же заметно сдвинулись в сторону более коммерческого, поп-ориентированного звучания. Они не стали другими группами, но их музыкальный окрас изменился кардинально. Это наглядная иллюстрация того, как время заставляло даже мастодонтов адаптироваться или уходить в тень.
Принцип отбора: почему важна дата рождения
Задаваясь вопросом о самой креативной группе, я сразу отсек для себя коллективы, чье становление пришлось на семидесятые. Это принципиальный момент. Можно бесконечно долго восхищаться изобретательностью Judas Priest или невероятной живучестью Scorpions, но их фундамент был заложен в другую эпоху. Мне же интересны те, кто ворвался в мир именно в восьмидесятые, будучи не обремененными грузом прошлых заслуг. Они должны были создать свой стиль с чистого листа, используя лишь доступные инструменты и собственное воображение. Такие титаны, как Metallica, Manowar и Mercyful Fate, сразу приходят на ум, но вокруг них роится еще масса имен, которые при ближайшем рассмотрении отсеиваются.
Взять, к примеру, Bon Jovi или Guns N' Roses. При всем уважении к их вкладу в рок-культуру, я не могу назвать их первооткрывателями. Их музыка, при всей своей энергетике и харизме, произрастает из семидесятых. Это ускоренный, драматизированный, местами доведенный до гротеска хард-рок, но не новый жанр. То же самое касается и многих европейских команд вроде Grave Digger или Cinderella. Они отлично играли, но их креативность заключалась в интерпретации, а не в изобретении. Даже такие виртуозы, как Dream Theater, на раннем этапе, при всей технической сложности их музыки, для меня звучали как филигранная огранка уже известных прогрессивных идей, а не как рождение новой вселенной.
Был еще огромный пласт поп-рока, так называемая «новая волна», но там дела обстояли еще печальнее. Большинство интересных находок в этой среде снова принадлежало авторам из семидесятых, таким как Sparks или Нина Хаген. Собственные же продукты восьмидесятых в массе своей стремительно вырождались в откровенную, энциклопедически выверенную попсу, которая не имела ничего общего с поиском нового рок-звучания. Поэтому мой взгляд неизбежно сфокусировался на металле и прилегающих к нему территориях.
Три кита и призраки прошлого
Итак, сузив круг поиска, я выделил для себя пять имен, которые всерьез претендовали на звание самых креативных. Это Metallica, Mercyful Fate, Manowar, Iron Maiden и Megadeth. Звучит как состав идеального фестиваля, не правда ли? Однако почти сразу же пришлось провести жесткую ревизию этого списка. Megadeth, при всем моем уважении к гению Мастейна, в своей сути являются прямым ответвлением от ствола, посаженного Металликой. Это не умаляет их достижений, но в контексте поиска абсолютной оригинальности ставит их на полшага позади. Это скорее блестящая, злая и техничная вариация на тему, нежели изобретение темы как таковой.
С Iron Maiden ситуация сложнее и проще одновременно. Это группа, чей вклад в формирование канонов хэви-метала невозможно переоценить. Но факт остается фактом: их история началась в середине семидесятых. Их дебютный альбом, прогремевший в 1980-м, был результатом нескольких лет сыгрывания и поиска, и это слышно. То же самое относится и к Accept, и к американской команде Manilla Road — это все «семидесятники», чей расцвет пришелся на новое десятилетие, но чьи корни уходят в предыдущее. Даже Nirvana, которую часто называют отцами гранжа, для меня не является абсолютным новатором. Достаточно внимательно послушать некоторые записи Slade конца семидесятых, чтобы понять: зерна этого стиля были посеяны гораздо раньше. Курт Кобейн и компания довели его до совершенства и сделали мейнстримом, но не изобрели с нуля.
Таким образом, после всех исключений у меня остались три группы, три уникальных явления, каждое из которых породило свой собственный, ни на что не похожий мир. Metallica, Mercyful Fate и Manowar. Я знаю их раннее творчество практически наизусть, могу напеть каждый рифф, каждый вокальный пассаж, и именно это глубокое знание мешает мне сделать выбор. Моя смелость буквально немеет, когда я пытаюсь поставить одну из них выше остальных. Каждая из этих команд не просто играла музыку — она создавала новую мифологию, новый музыкальный язык, который впоследствии был растащен на цитаты тысячами последователей.
Metallica пересобрала панк и хэви-метал в агрессивный, бескомпромиссный сплав, который мы теперь называем трэшем. Mercyful Fate во главе с Кингом Даймондом привнесли в тяжелую музыку театральность, оккультную эстетику и совершенно особый, леденящий душу вокал, заложив фундамент для целого спектра экстремальных поджанров. А Manowar создали свой собственный эпос, воспевающий силу, честь и мощь настоящего металла, с таким пафосом и бескомпромиссностью, которые до них никто не осмеливался демонстрировать. Их музыка стала гимном для тех, кто искал в тяжести не просто развлечение, а образ жизни. И вот как тут выбрать, если каждая из этих формул уникальна и совершенна в своей дерзости? Мой внутренний голос просто отказывается отдавать кому-то единоличное первенство, и, возможно, я упускаю из виду какие-то еще проекты, которые могли бы сравниться с этой троицей по уровню влияния и самобытности.